Чулпан, Дина и их дети. «Какие деньги? Когда я обещал?»

На вопрос телеведущей в прямом эфире, застанем ли мы, ныне живущие, ту же ситуацию с благотворительностью, какова она сейчас в развитых странах, Чул-пан ответила: «Едва ли застанем. Это слишком долгий путь. Но мне кажется, не надо об этом думать — надо просто сцепить зубы и делать свое. Если начинаешь задумываться — руки опускаются».

— Есть очень порядочные и культурные люди, которые выслушивают и готовы помочь, причем очень серьезно, — рассказывает Чулпан. — Но таких меньшинство. Остальным нужно, чтобы кто-то сверху вложил им в голову, что быть добрым престижно. И часто тебя клятвенно заверяют, что ты любимая актриса, «наше всё», но как только доходит до дела, тебя резко обрывают, обвиняют, что ты вмешиваешься в их личную жизнь и пытаешься учить, как тратить деньги. Оскорбляют, доводят до слез, и ты уходишь ни с чем.

Или человек обещает деньги, ты закупаешь под это лекарства, их надо уже оплачивать, а спонсор вдруг пожимает плечами: «Какие деньги? Когда я обещал?» И ты понимаешь, что тебя просто развели. Особенно горазды на это бизнесмены, сориентированные на политическую карьеру, будущие губернаторы... Есть и те, кто просто не верит, люди так устали, что не верят уже ничему в этой стране. Нам говорили, что наша затея — это и «солнечный идиотизм», и «невротический порыв», и что никого, мол, вы не спасете — социальной цели в этом нет, ну спасете человек сто детей — и что?

А вообще все наши акции показывают закономерность: люди с большими деньгами очень неохотно с ними расстаются, в отличие от гораздо менее обеспеченных сограждан...

Но ведь и простые люди адресуют Чулпан и ее единомышленникам свое «Не верю!» «Сколько вам платят за то, что вы предоставили свое имя людям, на этом зарабатывающим?» — интересуется радиослушатель. Другая реплика: «Те, кто отдавал деньги и уходил, тот будет замечен богом. А те, кто публично это делает, делает для себя, то есть это самореклама и ничего более. Павел».

И еще: «Скажите, а вы сами-то давали деньги? Или вы и ваши актеры только собираете людей своими фамилиями?» Правда, дальше следует: «Я очень вас уважаю. Давала деньги в прошлом году и дам в этом».

Реакция Чулпан Хаматовой на последний вопрос: «Я не буду отвечать». За нее говорит Галина Новичкова, врач-гематолог: «Чулпан давала деньги. И лекарства привозила из Германии, дорогие. Благотворительность — она ведь проявляет себя по-разному. Ты либо деньги даешь, либо именем своим привлекаешь к проблеме тысячи других людей, которые могут что-то дать».

У западных коллег рассказы о фонде, о его благотворительной деятельности не вызывают никаких вопросов, однако в России их часто спрашивают: а зачем вам все это надо?

«Чулпан и Дина это сделали — и невольно подставились под таких вот людей, — комментирует доктор Новичкова. — И мы весь год читали в Интернете эти ужасные реплики. Обе они, конечно, понимали, что объявятся такие недоброжелатели, но они очень мужественные, они очень классные, они настоящие, поэтому у нас все получилось...»

«Да, есть и будут толстокожие, равнодушные люди и не стоит тратить силы на их переубеждение-. Мы же нормально относимся к животным или к насекомым, нужно так же нормально относиться к тем людям, которые глухи к чужому горю, к чужой боли. Хороших людей все равно больше, — убеждена Чулпан. — Один мой знакомый полгода не может выбрать себе машину и всерьез расстраивается по этому поводу. В отличие от нас больные дети и их родители понимают настоящий смысл жизни. В детской больнице стоит порывать хотя бы ради того, чтобы научиться чувствовать жизнь, как чувствуют ее эти дети».

Во время недавнего визита Билла Гейтса в нашу страну актриса искала выход на него через правительственные структуры, хотела поговорить о благотворительных проектах. Не получилось — компьютерный магнат был в России, увы, недолго. «Но у нас нефть дороже, чем где бы то ни было, и богатых людей много, — не слишком расстроена Чулпан. — Думаю, и мы сами сможем справиться».

Правда, тут же вспоминает Лондон

— как охотно тамошняя аристократия расставалась с деньгами для наших больных детей.

— Михаил Сергеевич проводил аукцион. Он даже выставил такой лот — «ужин с Горбачевым» — чтобы переломить эту бедственную, отчаянную ситуацию наших больных детей и нищей медицины, — говорит она.

— Мне было и приятно, и горько, я мысленно сравнивала, как тяжело расстаются с деньгами богатые люди у нас.

Однажды на концерте Чулпан огорчилась, что детей с врачами загнали на балконы, а лучшие места заняли чиновничьи жены. Они вели себя развязно, явно тусовались, кто-то посреди выступления двинулся к выходу...

— Просто многие пришли, почувствовав престижность события, — считает Чулпан, но добавляет, что это не может разочаровать ее в начатом деле. — Мне кажется, это потрясающая сторона моей профессии — возможность быть полезной. Не просто доставлять радость, но и сделать что-то, практически помочь. А для чего еще жить на земле?.. Я получаю от всего этого какое-то невероятное удовольствие — что вижу детей, которые лечатся и выписываются, вижу, как счастливы родители, которых не оставили один на один с их горем. И мне придает силы то, что я не одна такая, что вокруг меня много людей, которые также воспринимают жизнь...

Владимир Жуков